младен-
ца, которые не считали бы себя вполне созревшими для написания сценария,
- итак, десятки тысяч сценаристов рыщут по литературе (как охраняемой
авторским правом, так и не охраняемой) и хватают журналы чуть ли не из
машины, в надежде поживиться какой-нибудь новой сценкой, фабулой или ис-
торийкой, придуманной их собратьями по перу.
Кстати, справедливость требует отметить, что совсем недавно, в те
дни, когда сценаристов еще не очень уважали, они надрывались в поте лица
за пятнадцать-двадцать долларов в неделю, а случалось, что прижимистые
директоры платили им и поштучно: десять-двадцать долларов за сценарий,
да еще в пятидесяти случаях из ста не выдавали сценаристам и тех грошей,
которые им причитались; бывало и так, что товар, украденный сценариста-
ми, в свою очередь, крали у них не менее бессовестные и беззастенчивые
люди, работающие в штате. Так было только вчера, а сегодня я знаю сцена-
ристов, которые имеют по три машины и по два шофера, которые посылают
своих детей в самые дорогие школы и вообще обладают устойчивой платежес-
пособностью.
В значительной мере именно из-за нехватки беллетристического сырья и
начали ценить и уважать сценаристов. На них появился спрос, они получили
признание, их стали лучше оплачивать, а от них требовать продукцию более
высокого качества. Начались новые поиски материала, выразившиеся, в
частности, в попытке завербовать известных писателей для работы в ка-
честве сценаристов. Но то, что человек написал двадцать романов, еще не
может служить ручательством, что он способен написать хороший сценарий.
Как раз наоборот: очень быстро обнаружилось, что успех в беллетристике -
верная гарантия провала на экране.
Но тут на сцене появляются хозяева кинокомпаний.
Разделение труда - прежде всего. И вот, связавшись с могущественными
газетными объединениями или с отдельными лицами, как это имело место в
данном случае, - я имею в виду "Сердца трех", - они заказывают высокок-
валифицированным