мои старые глаза, а они ви-
дели, как ты всадил нож в спину сеньора Альфаро Солано, - ответил ста-
рик.
Хотя И Пын продолжал неподвижно сидеть за колонной, изображая греюще-
гося на солнышке человека, - внутренне он "вскочил на ноги". Солано -
люди именитые и богатые. И то, что Торрес убил одного из них, - секрет,
за который можно получить немалый куш.
- Скотина! Безмозглая свинья! Грязное животное! - Торрес в ярости
сжал кулаки. - Ты смеешь так разговаривать потому, что я слишком добр к
тебе. Только сболтни что-нибудь - и я мигом сошлю тебя в Сан-Хуан. Ты
знаешь, что это значит. Тебя не только во сне будет преследовать страх
перед смертью, но и наяву. При одном взгляде на сарычей ты задрожишь от
страха, - ведь ты будешь знать, что очень скоро они растащат твои кости.
И в Сан-Хуане тебе уже не видать пульки. Те, кого я отправляю туда, за-
бывают даже, какой у нее вкус. Так как же? А? Ну вот, так-то лучше. Ты
подождешь еще две недели, и тогда я снова дам тебе денег. А не станешь
ждать - не видать тебе ни капли пульки до самой смерти: я уж постараюсь,
чтобы сарычи Сан-Хуана занялись тобой.
Торрес круто повернулся на каблуках и пошел дальше. И Пын смотрел
вслед ему и двум его спутникам до тех пор, пока все трое не скрылись из
виду; тогда он вышел из-за колонны и увидел, как старик, потеряв надежду
опохмелиться, рухнул на землю и, охая, стеная, завывая, содрогался всем
телом, как содрогается в агонии умирающее животное; пальцы его бессозна-
тельно щипали лохмотья вместе с кожей, точно он срывал с себя множество
сколопендр. И Пын уселся рядом с ним и разыграл спектакль, - он был
большой выдумщик и мастер на такие штуки. Вытащив из кармана несколько
золотых и серебряных монет и позвякивая ими, он начал их пересчитывать;
этот мелодичный и чистый звон казался уху обезумевшего от жажды пеона
журчанием и бульканьем целых фонтанов пульки.
- Мы с тобой мудрые люди, - сказал ему И Пын в напыщенном