- Паркер, я намерен съездить на рыбную ловлю.
- Да, сэр.
- Я велел прислать несколько складных удочек. Пожалуйста, составь их
и принеси сюда - я хочу их осмотреть. Мне думается, что уехать недельки
на две куда-нибудь в лес - самое для меня полезное. Если я этого не сде-
лаю, то, несомненно, начну толстеть и опозорю весь наш род. Ты ведь слы-
шал про сэра Генри? Старого оригинала сэра Генри, пирата и головореза?
- Да, сэр. Я читал о нем, сэр.
Паркер уже стоял в дверях и только ждал той минуты, когда словоохот-
ливость молодого хозяина иссякнет, чтобы отправиться по его поручению.
- Да, гордиться тут нечем - подумаешь, старый пират!
- О нет, сэр, - запротестовал Паркер. - Он ведь был губернатором на
Ямайке и умер в почете.
- Счастье еще, что его не повесили, - расхохотался Френсис. - В сущ-
ности говоря, только он один и позорит наш род, который сам же основал.
Но я вот что хотел сказать: я очень тщательно просмотрел все, что его
касается. Он весьма заботился о своей фигуре и, слава богу, до самой
смерти сохранил тонкую талию. В этом отношении он оставил нам хорошее
наследство. А вот сокровища его мы, Морганы, так и не нашли; впрочем,
тонкая талия, которую он нам завещал, дороже всех рубинов. Родовая чер-
та, - говоря языком биологов, которому научили меня профессора.
Наступила долгожданная пауза, и Паркер осторожно выскользнул из ком-
наты, а Френсис Морган погрузился в изучение газетной статьи о Панаме,
из которой он выяснил, что канал будет открыт для судоходства, по-види-
мому, не раньше, чем через три недели.
Зазвонил телефон, и с помощью электрических нервов современной высо-
кой цивилизации Судьба сделала первую попытку протянуть свои щупальца и
добраться до Френсиса Моргана, который сидел в эту минуту в библиотеке
особняка, выстроенного его отцом на Риверсайд-драйв.
- Но, дорогая мисс Каррузерс, - запротестовал он в трубку. - Что бы
там ни было, это просто временный