пока еще не было, поэтому Елена Борисовна поставила условие:
— Вы,— сказала она заведующему клубом, не спускавшему с нее глаз,— немедленно начинайте запись в ансамбль. Через три дня я приду и прослушаю голоса. Если наберется хотя бы пять-шесть певческих голосов, я принимаю ваше предложение. И через два месяца... как ты думаешь, Аля, не слишком я спешу?.. через два месяца мы даем первый концерт.
— Да я вам не шесть человек, а шестьдесят представлю! — воскликнул завклубом.
— Охотно верю, но не у всех окажутся певческие голоса,— охладила его пыл Елена Борисовна.
— У нас на Каме народ голосистый, сами увидите,— заверил завклубом.
— Хорошо бы не только увидеть, но и услышать,— улыбнулась Елена Борисовна.
Так, обменявшись непринужденными шутками, они и расстались, а через три дня, как было условлено, Елена Борисовна пришла прослушивать голоса.
Заведующий клубом все эти три дня трудился не за страх, а за совесть. Очень уж, видно, хотелось блеснуть хоровым ансамблем. Да еще, по-видимому, очень хотелось, чтобы у него в клубе, так сказать на глазах, работала эта удивительно обаятельная женщина.
В большой комнате за сценой собралось человек сорок. Елена Борисовна была приятно поражена. Она не ожидала от веселого молодого человека такой оперативности. Но чтобы не давать ему повода заноситься, спросила, слегка поджав губы:
— А где же мужчины?
Действительно, в пестрой толпе девчат вовсе затерялись четыре паренька.
— Ребята у нас на подъем тяжелы,— сказала одна из девушек, фигуристая и глазастая.
— Ничего,— ответила Елена Борисовна,— увидят, что у нас в ансамбле такие красавицы, со всех концов набегут.
Отбор Елена Борисовна начала с мужских голосов. Аля, которая помогала своей старшей подруге — записывала в принесенную с собой тетрадь фамилии прослушанных и зачислен-
ных в ансамбль, заметила, что ни один из парней не произвел впечатления на Елену Борисовну, тем не менее всех четверых она велела занести в основной список.
Зато среди девчат обнаружились