а то и немедленно решить набивший оскомину вопрос о клубе кожкомбината. Вот по этой самой причине и министр, и зампредсовмина искренне были рады, что появилась возможность одним росчерком пера выполнить все эти решения и постановления. Да и все референты и консультанты, без которых, как известно, ни одно дело не решается и каждый из которых может притормозить его, а то и вовсе спровадить в долгий ящик,— так вот все эти референты и консультанты также были рады наконец-то отвязаться от костью в горле застрявшего дела: им-то ведь тоже приходилось ломать голову над тем, как «гнать зайца» дальше от своего стола.
То есть получилось так, что все были заинтересованы в скорейшем решении дела и просто некому было воткнуть палку в колесо. Поэтому и родилась эта бумага с такой неправдоподобной оперативностью.
Конечно, Петр прекрасно понимал, что бумага эта еще не само дело, а только как бы подступы к нему. Но подступы самые ближние. Он получил право построить клуб, получил деньги и стройматериалы. А ведь это, по сути, уже половина дела, даже больше половины, потому что все остальное зависе-
ло от него самого, иначе сказать, было полностью в его власти. Петр понимал также, что времени терять нельзя. В тот же день он получил в Госплане наряды на строительный брус и другие пиломатериалы, на кирпич, листовое железо и прочее. И опять-таки быстро все по той же самой причине. На следующий же день оплатил все наряды и весь заводской транспорт полностью переключил на вывозку строительных
материалов. Вспоминая потом, как это происходило, Петр не мог даже самому себе удовлетворительно объяснить, почему он так торопился. Не было у него оснований зачислять себя в провидцы и утверждать, что были у него какие-то опасения. Хотя и осталось в памяти, что, когда показал он волшебную бумагу Михаилу Демьяновичу, тот вроде бы усмехнулся в свои коротко подстриженные усы. Но главный бухгалтер ничего не сказал, а на промелькнувшую было усмешку Петр не обратил тогда должного внимания. Торопился